Выберите шрифт Arial Times New Roman
Интервал между символами (кернинг): Стандартный Средний Большой
Эмиль Марианович Сенкевич, доктор медицинских наук, профессор, был кумиром моего детства и юности и оставил о себе добрую светлую память в моем сердце. Он был самым близким другом моего деда, художника Василия Ивановича Горбунова, и до конца своей жизни остался надежным заботливым другом всей нашей семьи после гибели деда в сталинском концентрационном лагере в далекой Сибири.
Блестящие представители старинной русской интеллигенции, люди высокого благородства и чести, большого трудолюбия и ответственности, ровесники (Сенкевич был моложе деда на 2 года), они познакомились и сразу подружились в 1909 году, в год приезда Эмиля Мариановича в Красноуфимск. Годом раньше Василий Иванович приехал в родительский дом из Санкт-Петербурга после окончания художественного училища барона Штиглица (ныне академия им. В.Мухиной) и нескольких лет работы театральным художником в прославленном Мариинском театре. В Красноуфимске работал преподавателем промышленного училища и женской гимназии.
Сколько помню себя с самого раннего детства, вся наша семья очень любила доктора Сенкевича, относилась к нему с глубоким уважением, и он платил нам взаимной искренней любовью и дружбой до последнего дня своей трагически оборвавшейся жизни.
Эмиль Марианович родился в семье потомственного дворянина Мариана Анастасьевича Сенкевича, участника польского восстания 1863 года, и после отбытия тюремного заключения сосланного из Польши на Северный Урал в Пелым. Прожив в Пелыме шесть лет и потеряв при трагических обстоятельствах жену и троих детей, отец доктора Сенкевича вторично вступил в брак с Аврелией Яковлевной Маковской, от этого брака также имел троих детей.
В 1880 году у них родился сын Эмиль. Эмиль Марианович, поляк по национальности, римско-католического вероисповедания, закончил медицинский факультет Варшавского императорского университета в 1902 году и вернулся в Пелым, где в течение трех лет работал сельским врачом. Испытательную комиссию прошел с отличием в Казанском университете, и 7 ноября 1906 года удостоен степени лекаря со всеми предусмотренными правами и преимуществами.
В 1908 году доктор Сенкевич уехал за границу, где стажировался во Львове, Вене, Париже, Берлине. Очень помогло знание иностранных языков: английского, немецкого, польского. Работал и стажировался в хирургической больнице Мадо в Рочетере.
В 1909 году он вернулся в Россию и приехал в Красноуфимск, где проработал около 10 лет хирургом и главным врачом Красноуфимской уездной земской больницы. С первых самостоятельных шагов врача-хирурга он чрезвычайно ответственно и вдумчиво относился к своей работе, тщательно анализируя успехи и ошибки. Он систематически обобщал свои наблюдения и, основываясь на шесть тысячах операций, сделанных в сельской и уездной больницах, написал интересную и необходимую книгу для молодых врачей, не имеющих клинической подготовки по хирургии.
Эмиль Марианович ежегодно отчитывался перед земской управой, делая глубокий анализ всей работы больницы, ставил актуальные задачи по улучшению ее деятельности.
Его именем названы улицы во многих городах страны. Талантливый советскийвоеначальник Иван Кенсоринович Грязнов родился в поселке Михайловскогозавода Красноуфимского уезда. Его отец, Кенсорин Назарович, был известным бунтовщиком и при царском режиме не раз подвергался арестам.
Непоседой рос Ванюшка. Летом он в бору да на речке пропадал. Купался до посинения. Увлеченно играл в бабки и другие детские игры. Зимой возводил с друзьями ледяные крепости, затевал на них долгие снежные баталии. В играх был честен, смел.
За уроки его силой не усаживали — все на лету схватывал. Приходскую школу кончил первым учеником. Отцу пришлось расщедриться: послал учиться в Арти, а потом и в Екатеринбург, в коммерческое училище. К этому времени Грязновы уже переселились в село Березовка Поташкинской волости.
А тут — мировая война, Иван призывается первоочередником. Весной 1918 года он возвращается на родину боевым, испытанным во многих боях командиром. А в уезде идет бурное размежевание революционных и контрреволюционных сил. Вот отрывки из воспоминаний родных Ивана Кенсориновича Грязнова:
«Кулаки поднялись чуть ли не во всей округе. Активистов Советов били прикладами, кололи штыками, бросали живьем в могилы и, трамбуя сапогами, злорадно выкрикивали:
— Вот вам земля! Вот воля ваша!
Когда кулаки схватили в Березовке Ивана Грязнова и его товарища матроса Сергеева, мать хотела идти за сыном, ее остановила подруга дочери Ася Кузнецова:
— Не надо. Как бы хуже не вышло. Я пойду...
Ася вернулась из Поташки в пятом часу вечера, понурившись.
— Суда не было. Забили их, сволочи, и бросили. Теперь за других взялись... — И тут же к подружке Насте: — Бежим туда! Вдруг не до смерти? Вдруг живые еще?!
До Поташки пробирались лесом и в селе никому из чужих на глаза не попались. Притаились около больницы. — Где бросили, там и лежат. Не зарыли еще,— сказала Ася.